
9 июля 2010
В конце июня Федеральный суд Германии признал возможной так называемую пассивную эвтаназию - прекращение поддерживающей терапии или отключение неизлечимого больного от аппарата жизнеобеспечения. Это решение стало рубежным в дискуссии о том, где грань между уважением к воле больного и убийством. Возможна ли подобная практика в России? Ситуацию комментируют хосписный врач Елизавета Глинка, священник Андрей Лоргус и доцент юридического факультета МГУ Олег Васильев.




























