Александра Никифорова

Хорошо воспитанные и высоко образованные, честные и порядочные, эти люди во всех испытаниях беспощадного двадцатого века стояли и выстояли на твердом камне личного опыта общения с Богом. Мы продолжаем публиковать воспоминания о судьбах верующих семей в годы советского режима в России. О жизни своей семьи рассказывает доктор физико-математических наук, профессор МГУ Алексей Алексеевич Бармин, стоявший у истоков открытия храма святой мученицы Татианы.

Множество храмов по всей России и за ее пределами посвящены преподобному батюшке Серафиму. На Кипре, в митрополии Морфу, с 2002 года действует маленькая церковь в его честь, а сейчас строится скит. С его настоятелем, художником и иконописцем из Орла архимандритом Амвросием мы беседуем о «византийском» искусстве, древнем и современном, на Кипре и о храме преподобного Серафима.

Есть места, где ты явно ощущаешь присутствие Бога. Таков остров Патмос. Когда-то, в 1997 году, встреча с Богом на Патмосе подарила мне живую веру.

Редакция «Татьянина дня» продолжает публиковать ответы на вопросы, присланные нашими читателями известному византологу и историку искусства, руководителю Научного Центра восточно-христианской культуры, члену-корреспонденту Российской Академии Художеств Алексею Михайловичу Лидову. Сегодня мы говорим о том, каков подлинный лик Византии и как его отличить от ее маски.

Редакция «Татьянина дня» благодарит всех, кто прислал свои вопросы известному византологу и историку искусства, руководителю Научного Центра восточно-христианской культуры, члену-корреспонденту Российской Академии Художеств Алексею Михайловичу Лидову. Ваших вопросов, дорогие наши читатели, оказалось так много, что они сами собой свидетельствовали об актуальности разговора о Византии в наши дни и побудили начать серию публикаций c ведущими специалистами-византологами – историками, филологами, музыковедами, палеографами. Мы намеренно публикуем материалы дискуссионного характера, приглашая всех вас к их обсуждению.

Подлинная церковность и благородство, дух кротости и радости отличает людей, исповедовавших веру на протяжении всей своей жизни, и их свидетельство для нас драгоценно. Пять Патриархов застала Екатерина Викторовна Тутунова, которая сегодня вспоминает о жизни своей семьи и былой церковной Москве.

В 90-е годы он всем сердцем желал быть простым монахом в Енисейске, посвятить жизнь чтению Священного Писания, молитве и миссионерству в Красноярье, а стал настоятелем русскоязычной общины в столице Португалии. На вопрос, как удавалось сохранить внутренний мир, когда все складывалось иначе, чем хотелось, отвечает: «Главное: никогда ничего не просить и ни от чего не отказываться. Все, что Церковь благословила, нужно с послушанием выполнять. А молиться, заниматься библеистикой и окормлять заключенных есть все возможности и на Пиренейском полуострове».

А что бы на этот вопрос ответили вы? Студентка Берлинской Академии Искусств, не раздумывая, сказала «да». Теперь она игумения, или как здесь ее называют «Герондисса», греческого монастыря святого Георгия Караискаки около Кардицы (Фессалия). Мы беседуем с матушкой о ее пути к Богу и о волнующих каждого человека вопросах жизни духа. Ответы Герондиссы касаются самого сердца. Духовная дочь архимандрита Дионисия (Каламбокаса), унаследовавшего традиции духовничества от «патриарха современного монашества в Греции» архимандрита Емелиана (Вафидиса), она опытно переживает встречу со Христом ежедневно и ежечасно. И это главное, что поражает собеседника, и придает огромную силу ее свидетельству.

Путешествие в Эфиопию с византологом и историком искусства Алексеем Михайловичем Лидовым, заместителем директора Института мировой культуры МГУ, руководителем Научного Центра восточнохристианской культуры, член-корреспондентом Российской Академии Художеств.

«С каждым днем в этот город можно влюбляться все больше и больше». Эти слова отца Алексия, показывавшего нам, прихожанам храма св.мц.Татианы, Рим, повторяет и мое сердце. А ведь я Рим не любила никогда… ни на первом курсе, ни на пятом… За его сухой и военный ratio, необузданные «петрониевы» нравы; римские залы Пушкинского музея, где проходили наши занятия по искусству Древнего Рима, казались чужими! Что же случилось теперь?! Невыразимо! Из объяснимого: Рим покоряет своим внутренним величием. Из видимого: Рим – это дивные очертания пиний в лучах заходящего солнца и золото мозаик, «холмы, холмы, холмы», лестницы, фонтаны, ватиканские немыслимые сокровища, повсюду снующие католические монахини и птицы, кружащие над этим городом, памятником по форме, но таким живым по существу!

Еще 20 лет назад о русских и России на Кипре знали через книги Достоевского и от тех киприотов, которые учились в Советском Союзе медицине и инженерному делу. Сегодня на острове проживает около 50 тысяч русских. Оказавшийся в Лимассоле паломник не чувствует себя за границей: в отеле и в магазинах его встречают выходцы из стран СНГ, вывески на улицах написаны по-русски, а в церковных книжных лавках – множество греческих книг о русских святых, знакомые лики которых смотрят на вас с обложек. Около 15 лет тому назад возникла первая в истории Кипра русская община. Сперва прихожане собирались в предоставленном Лимассольской митрополией храме святого Стилиана, сейчас – в церкви Человеколюбца Христа. Осенью начинается строительство русского храма в честь святителя Николая. О взаимно обогащающем нас опыте встречи церковных традиций, кипрской и русской, мы беседуем с настоятелем русской общины на Кипре, выпускником богословского факультета Афинского университета, священником Виктором Зогием.

После своего крещения я неосознанно искала образы для подражания в христианской жизни. Когда прочла книгу отца Сергея Гаккеля о матери Марии, сердце загорелось: «нашла»! Потрясло ее «хождение по водам»: «Есть два способа жить. Совершенно законно и почтенно ходить по суше - мерить, взвешивать, предвидеть. Но можно ходить по водам. Тогда нельзя мерить и предвидеть, а надо только все время верить». Священник несколько остудил мой порыв: «Этот путь– не для всех». Прошли годы жизни в Церкви, и я лишь острее чувствую, что мать Мария– это глоток веры в пустыне наших, христианских, сердец, это луч солнца любви Христовой, согревающей всех безраздельно. Сегодня, в день мученической кончины матери Марии (Скобцовой) мы беседуем с ее племянницей Еленой Борисовной Делоне, прихожанкой московского храма святителя Николая в Кузнецкой слободе.

Ласковое «тетя Тоня», официальное «Антонина Михайловна», благоговейное «мать Серафима» – с неизменным почтением произносят ее имя разные люди разных поколений и профессий. Среди них известные священнослужители, ученые, предприниматели, врачи. Кто она эта русская женщина, оставившая столь глубокий след в их душах? Потомственная дворянка, окончившая свой путь в монашестве, она запомнилась всем, прежде всего, как педагог, научивший их любить и ценить русскую культуру.

Пение Триоди и карнавальные шествия, старый и новый стиль, перекреститься и постучать по дереву – о том, совместимо ли это для православного человека, изменяема или незыблема церковная традиция, как согласуются между собой традиции Кипрской и Русской Церквей размышляет митрополит Тамасосский и Оринийский Исаия (Кипр), выпускник Московской духовной академии.

30 января (12 февраля по новому стилю) Православная Церковь празднует память святых Вселенских учителей и святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. В Греции со времен турецкого владычества — это день Образования и Просвещения, праздник всех учащих и учащихся, особо отмечаемый в университетах. В России в домовых храмах духовных школ и университетов в этот день по традиции совершается необычное последование — многие молитвы и песнопения исполняются по-гречески.

Правда ли то, что греки никогда не исповедуются, почему гречанки не покрывают голову в церкви, откуда у них в храмах скамейки, – о духовной жизни Греции, «мифической» и реальной, мы беседуем со священником Александром Носевичем, выпускником богословского факультета Афинского университета, клириком храма Святой Троицы в Афинах.

Паломничество в Восточную Польшу на праздник Рождества Христова оказалось для всех нас неожиданным: мы ехали в католическую страну, а попали в одну большую православную семью. Из истории известно, что до революции земли Восточной Польши входили в состав Российской Империи и были православными. Именно здесь начинали свои труды выдающиеся иерархи Русского Зарубежья митрополит Евлогий (Георгиевский), митрополит Владимир (Тихоницкий), архиепископ Сергий (Королев). Но прошло столетие, и казалось, перипетии 20 века должны были стереть память о православии на этих землях….

Вернувшись после занятий в библиотеке Синайского монастыря в июле 2007 года в Москву, я записала в дневнике, к сожалению, всего одну фразу: «О Синае можно только молчать». Еще от тех дней у меня сохранилось письмо к отцу Иустину-библиотекарю: «Дорогой отец Иустин! Благословите! Так странно вновь очутиться в Москве. Чувствую себя здесь чужеземкой и не могу привыкнуть к звукам большого города, постоянно спешащим людям. Я вспоминаю вопрос отца Павла о русских лесах: «А, правда, что по всей России такие леса, как я видел из самолета, когда он снижался над Москвой?»

«У России великая культура, и именно это поможет стране устоять», – считает Никита Струве, первый издатель Солженицына и директор легендарной YMCA-Press, профессор русской литературы университета Париж X – Нантер. С ним мы беседуем о России и русской культуре.

Как можно за каждой Литургией переживать событие, произошедшее два тысячелетия тому назад, что такое богослужение времени и как оно готовит человека к Евхаристии, когда следует совершать Преждеосвященную – об этом и многом другом мы беседуем в перерыве между сессиями Третьего международного литургического конгресса в Волосе (Греция) с профессором литургического богословия Свято-Сергиевского богословского института в Париже Андреем Николаевичем Лосским.

Богословие в современном мире – это творчество, академическая наука или стержень живой христианской жизни? Как в среде русской эмиграции переживалось литургическое возрождение? Об этом и многом другом рассказывает протопресвитер Борис Бобринский.

Часто людям бывает трудно за внешней, обрядовой, стороной таинств, различить их смысл. Мы сами, верующие, годы и десятилетия проводим в церковной ограде и не умеем объяснить свою веру ни себе, ни вопрошающим нас. «Церковь – не музей, а живое Тело Христово», – уверен П.И.Мейендорф, профессор литургического богословия Свято-Владимирской семинарии в Крествуде (США), сын протопресвитера Иоанна Мейендорфа. С ним мы беседуем о сущности таинств и нашей жизни во Христе.

Богословие – предмет, испокон веку составляющий основу образования в университетах Европы. В России ведутся дискуссии о том, каким должно быть богословское образование и есть ли основания включать теологию в перечень научных специальностей. О европейских традициях преподавания богословских дисциплин мы беседуем с доктором богословия и преподавателем Института Литургических исследований Богословского факультета Венского университета инокиней Вассой (Лариной).

Голубь, особенно почтовый голубь, куда бы его ни занесло, знает, куда лететь. Он целен на этом своём пути. Цельность, связанная с целью, целеустремлённостью, выбором, внутренним, крепким и окончательным, была ярко проявлена в выпускнике Московского университета, исповеднике веры XX столетия, епископе Можайском Стефане (Никитине). О нем вспоминает профессор, д.ф.-м. н., заместитель декана миссионерского факультета ПСТГУ Андрей Борисович Ефимов.

Мы продолжаем знакомить вас с материалами о священномученике Филумене, включенном в месяцеслов Русской Православной Церкви на заседании Священного Синода 5 марта 2010 года. Сегодня - рассказ о мученической кончине Филумена Святогробца.

У причисленного к лику святых Иерусалимской и Русской Православной Церквами преподобномученика Филумена был родной брат-близнец, старец Елпидий. Сегодня мы публикуем фрагменты воспоминаний о братьях Хасаписах их родных и близких.

Монахиня Евгения (Виницкая), насельница православного Покровского монастыря в Бюсси-ан-От во Франции вспоминает о своей жизни и ярких личностях Русского зарубежья, с которыми сводил ее Господь. Обитель была основана в 1946 году в имении «Вишневый сад», подаренном его владельцем Василием Борисовичем Ельяшевичем монашеской общине.

Скончался отец Матфей (Мормыль) — музыкальная душа Свято-Троицкой Сергиевой лавры, её бессменный регент на протяжении 30 лет. Заслуженный профессор Московской духовной академии, воспитавший многих учеников — теперь это иереи, протоиереи, архиереи. Один из них, епископ Гатчинский Амвросий, ныне ректор СПбДАиС, вспоминает: «После тяжелейшей операции отец Матфей вышел управлять хором на праздник преподобного Сергия. — Батюшка, ну как же Вы так? — А он заплакал: — Как же я не буду в храме на преподобного Сергия?!» Об отце Матфее ходили легенды. Но главное в нём, и это касается самого сердца — преданность Церкви и неравнодушие к людям.

Музыкальная душа Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Её бессменный регент на протяжении 30 лет. Заслуженный профессор Московской духовной академии, воспитавший многих учеников. Об отце Матфее ходят легенды. Но главное в нём, и это касается самого сердца – преданность Церкви и неравнодушие к людям.

Истинная любовь не знает границ времени и пространства. Это можно сказать и о любви к Родине. Катю Барлоу из Сиднея и Наташу Зеленскую из Вашингтона отделяют от царской России их прабабушек почти целый век и два океана. Не только они, но и их родители и бабушки были рождены за пределами России, но всегда хранили ее образ в себе.

24 января из Государственного исторического музея в Успенский храм Московского Новодевичьего монастыря была перенесена для поклонения древнейшая в России Иверская икона Божией Матери

«Один океанолог вставал каждое утро, шёл на берег и считал айсберги. Вот такая работа. В другой я сам участвовал. Как-то с горки, где расположен храм, я заметил в бухте 20 тюленей. Пришёл на станцию и сказал: «Тюлени приплыли».  Беседа с иеромонахом Гавриилом (Богачихиным) об Антарктиде.

«Я бы назвал Антарктиду холодным раем. Тот рай был, очевидно, благоприятен для жизни всего живого, а это замёрзший рай. Но и тут никто никого не боится, животные подходят к человеку». Беседа с насельником Свято-Троицкой Сергиевой Лавры иеромонахом Гавриилом (Богачихиным) об Антарктиде.

«Богослужение - это драгоценное ожерелье, которое не должно принимать вид лоскутного одеяла, когда «Благослови, душе моя» поётся знаменным распевом, «Хвали, душе моя» Бортнянского, а «Единородный Сыне» демеством». Беседа о церковном пении с епископом Амвросием (Ермаковым).

«Однажды владыка Антоний послал ко мне одного англичанина для подготовки к диаконству. И он спрашивает: как мне поставить голос, чтобы меня все слышали? Я говорю - тебе не нужно этого делать. Посмотри на икону Христа и постарайся, чтобы Он тебя услышал. Единственная аудитория в церкви есть Бог».

«В М.И.Феокритове я познал умение слышать качество музыкального звука. И он умел передать это своим певчим. «Единородный Сыне и Слове Божий... распныйся же...» - и вот это распныйся звучало у него бриллиантом. Тут музыки почти нет, один аккорд минорный, но к этому «распныйся» он так готовил хор с начала песнопения, что оно проникало в сердце». Третья беседа с выдающимся регентом протоиереем Михаилом Фортунато.

Вторая беседа с выдающимся регентом протоиереем Михаилом Фортунато: «Н.М.Осоргин был чуть-чуть старше меня и руководил хором. Его я считаю своим учителем. Он слышал не только тон, но и сотую долю тона. Он научил нас литургическому пению, которое подразумевает и точное интонирование, и ритмику, и знание гласов.

«Мой отец бросал мне такую мысль - наше поколение потеряло земную Родину, но приобрело Отечество небесное. И эта формула наполнила всю мою жизнь». Первая беседа с выдающимся русским регентом, протоиереем Михаилом Фортунато.

Павле Рак: "Смерть на Святой горе присутствует повсюду, но каким-то странным образом. Здесь уже больше тысячи лет никто не рождается, сюда приходят готовиться к смерти и умирать. Святая Гора - огромное кладбище, необычное кладбище. Повсюду: в домах, в кельях и пещерах, в церквях хранятся мощи святых, и повсюду же - кости их прежних обитателей".

"Можно много говорить об Афоне, но не раскроется глубина его сердца. В логику и смысл святогорской красоты можно врасти лишь постепенно. Приближаться к Афону можно лишь по мере взращивания в себе той любви, которая и является целью подвига насельников Святой Горы"

«Любящим Родину и живущим в России редко случается задумываться о своих чувствах к ней. Иное дело те, кто по каким-то причинам покинул её. Находясь вне пределов России, они видят её внутренним взором всю сразу, думают и говорят только о ней, видят её во сне. Родина как любимая мелодия звучит в них постоянно».

«Я видела Лабепьера. Ему 90 лет. И 60 из них он занимается теми, кто от холода умирает в Париже. Каждый год он говорит: «Франция, позор! Позор вам всем, парижанам! Сегодня ночью два человека замёрзли». Я помню времена, когда он шёл по улице, за ним бежали француженки, сдирая с себя драгоценности, и бросали ему»!

«Сегодня мы живём в цивилизации потребления. Если во времена Декарта говорили: «Мыслю, следовательно, существую», то теперь: «Потребляю, следовательно, существую». И эта болезнь, это бегство от депрессии поразили Запад уже давно»…

«Когда моему герою становится одиноко, он вспоминает Грузию… А что мы знаем про Грузию? Мы ничего не знаем. Мы только знаем, что они поют хорошо, грузины, и что они ужасно гостеприимны. Что мы слышали из этой грузинской музыки? Ну, видели какой-то грузинский фильм, где пели или шли титры, и тоже пели грузины. И ты думаешь: «Господи, как они поют!» Видимо поют-то – вот в честь гостя, видимо, поют. А кто такой гость? Это – любой. Он приехал, и он уже гость, и в честь него поют. То есть нужно приехать, срочно туда приехать, и в честь тебя споют. И не спросят тебя, какой ты – добрый, смелый, умный, старый, молодой. Нет. Ты приехал, – ты гость. Все. То есть надо срочно в Грузию, и там тебя… ну, как сказать – полюбят, и будут уважать такого, какой ты есть!»
Из спектакля Евгения Гришковца «Одновременно»

Продолжение беседы с Иоанной Ханссон: «Я шведка, но уехала в Россию, они русские, но уехали в Швецию. И при этом мы все православные, все скучаем по России, и что-то душевное у нас общее, поэтому  приезд в этот приход - всегда большая радость для меня».

Вопрос религиозных поисков души наднационален. И в лютеранской Швеции, и в православной России есть миллионы людей, которым Бог просто не нужен. Но есть и другие.

Те люди, которые ищут Бога разумом и думают, что Господь через разум приходит в них, не найдут Бога, потому что такого Бога не существует. Нет Господа, которого можно доказать логикой. Истинный Бог выходит из сердца.

«Однажды я зашел в церковь в Америке, увидел распятие Христа и на распятии надпись «Царь Славы». Я подумал: как же это возможно, как мертвое тело может быть Царем, да еще и славы? Такой парадокс заставил меня задуматься. За 23 дня своих размышлений я решил стать монахом...»

В монастыре во имя Вознесения Господня Высокие Дечаны, в сердце Метохии, монашеская жизнь не прерывается с XIV столетия. С момента агрессии НАТО и ввода международных сил на Косово и в Метохию монастырь оказался в полной изоляции, в окружении враждебно настроенного албанского мусульманского населения. Охраняется итальянским подразделением K-FOR.

Господи, на реках косовских и метохийских - Лабе и Ситнице, Дриме и Быстрице, тамо седохом и плакахом, как некогда народ Твой - Израиль, в Вавилоне. Не дают нам ни воды напиться, ни жито созревшее убрать, ни убиенных схоронить, ни песен косовских заветных петь… (Из «Плача сербов Косова и Метохии» епископа Афанасия (Евтича)

«Самое главное относится к той тайне, которая есть в отношениях между подлинным духовником и его даже самыми недостойными, но духовными чадами. Это тайна любви Христовой. Это то настоящее, чего мы так ищем в Церкви». О прот. Александре Егорове (†5.03.2000), прослужившем 48 лет в храме Илии Обыденного, вспоминают игумения Иулиания (Каледа), настоятельница Зачатьевского монастыря, и протоиерей Максим Козлов, настоятель храма святой мученицы Татианы при МГУ.

«Батюшка служил - совершенно растворяясь в богослужении. Он был таким ясным-ясным окном, которое к Богу ведет, никогда на себя не тянул... вот самое лучшее служение, когда священника не видно, а видно Того, Кому он служит». Сегодня, в день памяти протоиерея Александра Егорова (†5.03.2000), прослужившего 48 лет в храме Илии Обыденного, о нем вспоминают протоиерей Николай Скурат, игумения Иулиания (Каледа) и протоиерей Максим Козлов, настоятель храма св.мц.Татианы при МГУ.

Для большинства из нас Косово - место, где в конце ХХ - начале XXI века произошла трагедия. Для сербов и Сербии Косово - это все. Почему это так, рассказывают наши гости: священнослужители, слависты, историки, деятели искусства и культуры. Каждого из них жизнь связала неразрывной нитью с косовской трагедией.

Направляясь в мае этого года на Косово и Метохию, я ожидала там встретить растерянность и по-человечески справедливую обиду на врагов, которые пытаются уничтожить Сербию и сербский народ. А встретила мужество и покаяние. Сегодня в рубрике «Под знаком креста и свободы» мы предоставляем слово самим сербам, живущим на Косове и в Метохии.

«Сербия напоминает нам о нашем забытом прошлом, а Косово, как кровоточащая рана православной Сербии, напоминает нам об этом вдвойне и втройне. Сербы пробуждают нашу родовую славянскую память», - считает славист, переводчик, председатель общества русско-сербской дружбы, член Союза писателей России Илья Михайлович Числов, который сегодня в рубрике «Под знаком креста и свободы» комментирует происходящее в Сербии.

«Мы должны показать, что нам не все равно, поддержать сербский народ в его страдании на Косове», - считает Наталья Батраева, автор книги «Косово. Сербская Голгофа». «До определенного времени я не интересовалась косовской проблемой, - читаем мы в предисловии - Ведь все происходило так далеко. Не интересовалась, пока не увидела своими глазами.

«Трудно было поверить, что ты находишься в современной Европе начала третьего тысячелетия. К храмам нам приходилось идти по минному полю, внутри церквей на полу лежали сожженные иконы, обрывки богослужебных книг, разломанная утварь...» В марте 2004 года за три дня на Косове и в Метохии были разрушены 35 храмов.