|
|
Женька просыпается от запахов. Пахнет теплым и густым: раскаленным старым чугуном сковородки, тонким тестом, разбивающимся о чугунный жар (чтобы тут же разойтись пузырьками - бисером, взорваться и стать плотным чайного выкраса кружевом), топленым маслом, распаренной ленивой гречкой, жареным блестящим луком, размякшими в молоке сушеными боровиками. К запахам из кухни примешивается запах припеченного солнцем стекла и разогретой между плотно заклеенными рамами зимней пыли. Женька высовывает ногу из-под одеяла, и рыжий кот вступает в принципиальный бой с Женькиной пяткой прежде, чем тот успевает окончательно проснуться.
|
|
 |
Тетя Нино достала длинный, с широким лезвием нож, тяжелый, судя по тому, как качнулся в ладони. «Долго летел, Юра?» - она обратилась на русский манер, так, как раньше его звала только мама, - «Почти 15 часов, во Франкфурте застряли» - Георгий сидел с ногами на старом стуле в старой тбилисской кухне. Все было как раньше: важные, позапрошлого уже века часы, фикус с одеревеневшим стволом, связки красного перца по стенам.
|
|
|
|
|
