«Не предлагай соседу надкусанный кусок», или Эволюция правил хорошего тона

В эти дни, когда многие приглашают гостей и накрывают праздничный стол, мало кто задумывается о том, что в разные эпохи люди ели и спали по-разному, и то, что кажется нормальным сейчас, еще несколько столетий назад шокировало бы многих людей.

Представьте себе, что к вам пришел гость, который во время еды ест правой рукой и при этом одновременно сморкается в левую. Вряд ли нашлись бы хозяева, потерпевшие такое поведение за столом, а между тем всего пятьсот лет назад подобное поведение было признаком прекрасного воспитания человека.

Первые правила поведения за столом появились в Европе и на Руси не раньше XV века, и многие из этих рекомендаций показались бы нам необычайно дикими. Воспитанный гость не должен был предлагать своему сотрапезнику кусок, который начал есть сам, ему запрещалось чесаться или изучать содержимое своего носа той же рукой, которой он берет кушанья. Представитель высшего общества не должен был класть свой кусок обратно на общее блюдо, ковырять ножом в зубах или жадно набрасываться на еду. Современному человеку эти правила кажутся признаками того, что средневековое общество было чрезвычайно невоспитанным, однако они, напротив, улучшали культуру поведения за столом с учетом особенности трапезы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Знатные рыцари короля Артура сидели за круглым столом, на котором стояло несколько общих блюд с мясом, чаш с вином и «пиалок» с соусами или супом. Одна тарелка в лучшем случае предназначалась для двоих людей. А инструментами для еды были только нож и ложка. Вилка в Европе появилась чрезвычайно поздно и сперва служила богато украшенным предметом роскоши, а не повседневным столовым прибором. В руководствах по этикету и хрониках XV и последующих веков описано немало рекомендаций о том, что вилкой не стоит подцеплять или накалывать слишком большой кусок, поскольку он опять свалится в общее блюда или в соус. За столом можно было наблюдать множество забавных картинок, напоминающих трудности человека, впервые пытающегося кушать с помощью палочек. Основным орудием труда была ложка, а главной разновидностью пищи было что-то жидкое или порезанное на крупные куски, которые можно было легко брать руками.

В знаменитом «Домострое» содержится указание на то, что воспитанный человек не должен слишком часто опускать ложку в кушанье. Из одной тарелки ело несколько человек, а потому тот, кто слишком интенсивно работал черпаком, рисковал оставить своих сотрапезников без еды. По той же причине на столе были одинаковые по объему и размеру блюда, чаши и столовые приборы, чтобы никто не мог иметь преимущества в еде. Чтобы представить себе, как менялись условия застолья, достаточно посмотреть на картины «Тайной вечери». На полотнах XVII века появляются индивидуальные столовые приборы, перед каждым апостолом лежит кусок хлеба. На более ранних работах можно увидеть несколько общих блюд, стеклянную посуду для вина, отсутствие любых приборов, кроме ножей и большой каравай хлеба.

Вообще, работы европейских художников на библейские темы служат ценным источником по быту средневековой Европы, но плохо сочетаются с реалиями Палестины. На картинах, рассказывающих о бегстве Святого Семейства в Египет, можно увидеть елки и рыцарей в средневековых доспехах, на иконах мучеников или Страстей Господних можно проследить развитие средневековых сельскохозяйственных орудий, изображенных в качестве римских орудий страстей. Столь же ценным историческим источником являются жития святых и сборники, посвященные этикету.

Тайная вечеря. Леонардо да ВинчиТайная вечеря. Леонардо да Винчи

Из этих текстов можно узнать много интересного и о том, как спали в Средние века. Для знатного человека, жившего всего лишь 400 лет назад, невозможно было представить себе, что существует отдельная одежда для сна. В Средние века почти все миряне и часть монахов спали полностью обнаженными. Существовало лишь две возможности для сна: голыми и в уличной одежде. Если знатный человек надевал на ночь подобие ночной рубашки, то делал он это не из-за стыдливости, а для того, чтобы скрыть физический недостаток, например, родимое пятно. Более того, в средневековых правилах этикета описывается случаи, когда человек должен спать в одной постели не с женой или детьми, не с друзьями, а просто с более знатной особой. Воспитанный человек в этой ситуации мог спать обнаженным, он должен был лишь уточнить, где предпочитает спать его партнер – у стенки или с краю, и уступить ему это место. Все остальные вещи были неважны. Долгое время гости спали в одной общей комнате с хозяевами, слуги с господами. Довольно поздно появились правила, предписывающие, чтобы хозяйка спала в комнате со служанками, а хозяин – со слугами, до этого мужчины, женщины и дети спали в общем зале. Даже молодожены в Средние века не могли остаться одни в первую брачную ночь, поскольку свадебный ритуал предусматривал, что гости должны публично удостовериться в том, что ночь прошла удачно.

Вообще, средневековое понятие о стыдливости в Европе могло бы нас изрядно удивить. На европейских гравюрах можно найти мужчин на свадьбе, непринужденно справляющих нужду в двух метрах от стола. Одно из описаний похода европейцев в баню может шокировать современного читателя: «Сколько раз мы видели, –пишет наблюдатель, – как муж выходит из дома в одних подштанниках и идет в баню по переулку, сопровождаемый своей обнаженной женой и нагими детьми... Сколько раз видел я совершенно обнаженных девиц десяти, двенадцати, четырнадцати, шестнадцати и восемнадцати лет, совсем нагих или едва прикрытых каким-то рваньем либо драными полотенцами, как говорится в сих землях: прикрыв только срам и задницу. Так они прямо днем и ходят с банными принадлежностями в руках по длинным переулкам. А рядом идут уже совсем нагишом мальчишки двенадцати, четырнадцати, шестнадцати лет...».

Эти примеры нельзя рассматривать как свидетельство распущенности или некультурности средневекового человека, они лишь свидетельствуют о том, что нормы приличия и этикета меняются с течением времени, и возможно наши потомки будут с изумлением читать уже современные правила хорошего тона.