Армения — страна не для интровертов

«Если вы женщина и едете в Армению, приготовьтесь к вниманию со стороны местных мужчин. Но бояться его совершенно не надо!» — писали на одном форуме для туристов. Оказалось, чистая правда. Гагик помог нам, трём девушкам, вызвать такси из аэропорта, Сурен показал окрестности Еревана, Арам обеспечил местом в ресторане с лучшим видом на озеро Севан, а Нарек вызвал врачей… когда подруга сломала руку на горнолыжном курорте.

История, культура,
Коньяк, архитектура…
Без визы, без таможни!
В Армении все можно!

Сетевая поэзия

Flexible people

Ещё перед Новым годом вообще снега не было! А сейчас как намело, как намело!

Белая тонированная «Нива» — первое, что мы увидели на выходе из аэропорта. В этот день нам встретится ещё 17 таких. «Если у тебя эта машина, не поймешь, бедный ты или богатый», — чуть позже объяснит нам популярность российского внедорожника один из встречных армян. И добавит себе под нос: «Я вот машину не тонирую. А зачем? Я же в ней ничем неприличным не занимаюсь!»

Знакомство с армянами началось ещё в самолете. Мои подруги — сёстры Лиза и Полина — громко обсуждали, что надо посетить за неделю.

— Я извиняюсь, что прерываю, случайно услышал ваш разговор, — обернулся к нам молодой мужчина. — Вы в первый раз в Армении?

— Да…

— Сам я в Москве работаю, сейчас приехал на каникулы к родственникам. Я могу вам всё показать и рассказать про Армению! Это совсем не из какой-то там корысти, просто от чистого сердца!

Панорама Еревана с Большого Каскада в ясную погоду

Я, конечно, к попутчику отнеслась настороженно. А вдруг маньяк? Клеится? Или денег хочет? Ну как в некоторых арабских странах: я тебе типа помогаю, но дай копеечку…. Оказалось — огромное заблуждение! Окончательно оно рассеялось, когда Гагик — так звали нашего попутчика — представил своих мать и сестру, которые встречали его в аэропорту. Узнав, что мы из России и решили отдохнуть в Армении, они наперебой начали рассказывать, куда сходить, что съесть и как досадно, что в Армении сейчас аномальный снегопад и холодно.

— Ещё перед Новым годом вообще снега не было! А сейчас как намело, как намело! А дороги не чистят! Совсем не чистят! Таксисты до города будут просить 6 тысяч драм! Не соглашайтесь!

Об этом нас заранее предупредила и Тамара, армянская подруга Полины, которую мы намеревались навестить. Мы знали: надо требовать довезти до Еревана за 4 тысячи. Гагик по-армянски сторговался для нас с водителем всего за 3 тысячи, в пересчёте — каких-то 500 рублей. Более того, посадив нас в машину, позвонил таксисту проверить, что тот не обманул и с нами всё хорошо!

— Верх джентльменства! — восхитилась Лиза.

К слову, трудностей перевода в Армении для россиян нет

Когда мы рассказали эту историю Тамаре, она совсем не удивилась:

— Да просто мы такие! Сказал — сделал. Вот если вы сейчас, к примеру, позвоните Гагику, он бросит всё и через час будет тут. У нас люди отзывчивые и... как лучше выразиться… flexible!

Английское flexible в разных значениях — «гибкий» и «свободный». Подойдут оба, так что лучше оставить без перевода.

К слову, трудностей перевода в Армении для россиян нет. Хотя общаются повсеместно на армянском, практически все знают русский язык — он звучит из каждого радиоприемника («На нашем попса тоже хорошо звучит, но на вашем как-то слаще», — говорила ещё в Москве моя знакомая парикмахер Гаяне), на нём часто дублируют вывески в магазинах, его преподают в школах как обязательный.

Великая Армения

А это у нас temple… Как будет, когда богов много? Да-да, языческий temple.

В качестве второго иностранного языка молодые армяне сейчас в основном учат английский. «Поэтому путается у них все в голове, ни по-русски нормально разговаривать не умеют, ни по-английски», — ворчал «дядя Сурен», как представился наш водитель-гид на экскурсии в Гарни и Гегард.

Отчасти он прав. Нарек объяснялся на смеси языков:

— А это у нас temple… Как будет, когда богов много?

— Языческий. Языческий храм.

— Да-да, языческий temple.

В окрестностях озера Севан — залежи минералов

С Нареком мы познакомились в ереванской маршрутке. Сели в переполненный микроавтобус — трое мужчин сразу уступили нам места. Среди них — юноша с торчащим из рюкзака моноподом. Спросили у него, как доехать до Национального исторического музея Армении, он сказал, что покажет, а в итоге пошёл туда вместе с нами. Вот такие flexible people. И это было здорово: все надписи в музее, который Нарек назвал «наш Лувр», были на армянском, но молодой человек не только переводил, а показывал, рассказывал и объяснял. Опять же, от чистого сердца.

— Когда-то Армения была от моря до моря, — Нарек обвел область на старой карте. — А сейчас у нас только Севан…

В витринах — доисторические орудия из обсидиана. «Этих клинков хватило бы, чтобы победить армию Белых Ходоков», — пошутила я. Но Нарек не смотрел «Игру Престолов» и не знал, как трудно достать вулканическое стекло во вселенной Джорджа Мартина. Он просто сказал, что в окрестностях Севана его огромные залежи. Как и розового туфа, из которого построен Ереван.

«Когда-то Армения была от моря до моря. А сейчас у нас только Севан…»

А ещё в историческом музее можно увидеть самую древнюю в мире обувь, которую нашли при раскопках в 2008 году. Остроносый кожаный башмак, напоминающий туфли для бальных танцев, выглядит удивительно удобно и современно — а ведь ему больше 5500 лет! Он намного старше драгоценной утвари древнего Урарту — государства, которое просуществовало в окрестностях Араратской долины с XIII по VI век до нашей эры, оставив руины цитаделей, клинописные таблички и город Ереван.

Великая Армения, образованная во II веке до нашей эры, простиралась с запада на восток — от Средиземного моря до Каспия — и с севера на юг — от Куры до Иордана. Просуществовало государство 600 лет. Потом Армению веками раздирали на части: сначала римляне и персы, затем византийцы, арабы, турки… Но армяне не утратили территории и национального единства. Объединяющим фактором стало христианство, которое здесь приняли в качестве государственной религии раньше всех в мире — в 301 году. Главную роль в его проповеди сыграл святой Григорий Просветитель (в православии известен как священномученик Григорий), он же — первый католикос Армянской Апостольской церкви.

Вера и суеверия

Арт-объект на площади перед Большим Каскадом

— У нас когда женятся, обязательно идут в храм. А у вас? — спросила Тамара.

— У нас, в основном, только в ЗАГСе расписываются. Но верующие могут потом обвенчаться.

— Нет, нет, у нас обязательно надо в храм!

По пути в «типичную армянскую церковь», которую мы попросили нам показать, Тамара демонстрировала в телефоне, как была «сестрой невесты» на свадьбе у подруги.

Монастырь Севанаванк IX века

— А это «брат жениха». То есть он на самом деле не брат, а тоже….

— Вроде как свидетель?

— Ну типа того.

В армянских храмах службу слушают в основном сидя, как в католических, а свечки ставят не перед каждой иконой, а в отдельном помещении. По словам Тамары, святому Саркису, именем которого названа посещённая нами церковь, молятся об удачном замужестве:

Языческий храм в Гарни

— На день Святого Саркиса надо приготовить такую соленую штуку из теста, съесть её и не пить. И вот кто на следующий день тебе принесет воды, тот и твой суженый!

— Ты уже пробовала?

— Нет! Я боюсь… а вдруг он окажется страшный!

Суеверие, конечно — смеётся Тамара, хотя её скепсис не окончательный: «Вот у нас если беременная почесалась, на таком же месте, говорят, у ребенка родинка будет. У меня у двоюродного племянника так совпало!»

Вера и суеверия в современной Армении отлично уживаются. Каждый знает народные легенды и поверья и с удовольствием их пересказывает. Например, гора Ара — это на самом деле окаменевший урартийский царь Ара Прекрасный. В него влюбилась царица Семирамида — та самая, у которой были висячие сады — и сама предложила ему руку и сердце. Но тот уже был женат и не мог ответить ассирийской правительнице. Тогда она пошла войной на его народ, в битве Ара погиб. Семирамида положила его тело на гору, где, как считалось, оживали умершие. Но чуда не произошло. Ара лежит там и по сей день — гора имеет очертания человека.

Монастырь Гегард

— Знаете, почему в Армении сохранился один языческий храм? — спросил нас водитель Сурен по пути в Гарни.

— Потому что строили на века?

— Это понятно, что на века! Но ведь царь Трдат после того, как его исцелил Григорий Просветитель, принял христианство и повелел разрушить все языческие храмы. Почему один оставил?

— Почему?..

— У него сестра была язычница и ни в какую не хотела принимать христианство. Но он сестру любил и один храм ей оставил.

Церкви и кельи здесь тысячу лет назад были выдолблены в скалах друг над другом

Античный храм I века нашей эры в Гарни посвящен богу солнца. Сегодня это единственный в Армении памятник эпохи эллинизма. Рядом — роскошные бани с удивительной системой подогрева в полу и руины царского дворца, зимой скрытые под снегом. С террасы, судя по всему, открывался восхитительный вид — на горы и бурную речку в ущелье.

После Гарни туристов всегда везут в христианский монастырь Гегард, расположенный по соседству. Он включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. И есть за что: церкви и кельи тысячу лет назад были выдолблены в скалах друг над другом. Внутрь главного храма почти не проникает свет — только в куполе есть круглое окно, но в эти дни оно, судя по всему, припорошено снегом. Поэтому идти приходится осторожно, держась за стенки и светя себе под ноги телефоном. Иначе есть риск поскользнуться на мокром полу: прямо из скалы бьёт родник, который почитали еще в дохристианские времена.

Full life

Цахкадзор, главный горнолыжный курорт Армении

Три дня мы рассчитывали провести в Цахкадзоре — главном горнолыжном курорте Армении. Нарек вызвался поехать с нами: на четверых такси выйдет всё равно дешевле, к тому же он давно хотел встать на сноуборд. Из всех нас умела кататься только Полина, мы с Лизой перед поездкой брали всего пару уроков.

— Нарек, а куда ты собирался до того, как тебе в маршрутке внезапно встретились мы?

— Я ехал снимать ролики про стартапы. Это промоакция приложения для смартфонов, которое я сейчас делаю. Называется Full life. Допустим, вы хотите играть в футбол, но вам не с кем. Тогда вы открываете приложение и смотрите, кто тоже хочет играть в футбол. Так вы находите единомышленников. Можно задать любой вид спорта или какое-то другое увлечение. Пока доступно только на армянском и английском. Как думаете, это будет работать в России?

— Круто! Несомненно будет! Все уже давно хотят выйти из соцсетей и зажить full life — полной жизнью!

Разработка приложения так увлекла Нарека, что он оставил учебу на экономическом факультете и пошел осваивать программирование.

Горнолыжный отдых в Армении очень популярен, хотя большинство катающихся — из России

В Цахкадзоре по дороге к подъемникам скопилась огромная пробка. Горнолыжный отдых в Армении страшно популярен, хотя большинство катающихся, как мы вскоре поняли, были из России: Цахкадзор по сравнению с европейскими курортами намного доступнее и дешевле.

Взяв напрокат доски и ботинки, мы сели на кресла подъёмника и полетели вверх. Было высоко, страшно и красиво. Вдали поблескивала на солнце гладь озера Севан.

Выйдя на первой же остановке, мы с Лизой и Нареком стали неуклюже пробовать встать на сноуборд под руководством парня из YouTube — ролик Нарек заранее закачал в телефон. У нас с Лизой получалось не очень, а вот Нарек почти сразу поехал и даже рискнул съехать вместе с Полиной по «синей трассе». Мы же с Лизой устремились вниз на подъёмнике.

…Через минут 10 за нами буквально кубарем скатился Нарек. Без Полины. И сразу бросился к медицинскому пункту, что-то крича нам про руку. Затем вверх поехали два снегохода. А вернулись — с Полиной, на руку которой была наложена шина. Тут же её окружили санитары, напоили водой, потом мы все вместе погрузились в скорую. Полина выла от боли, а Нарек её успокаивал:

— Ты счастливый человек! Сегодня на чем только не покаталась — на автомобиле, скорой, сноуборде и даже снегоходе! Я даже тебе завидую!

 Озеро Севан

Нас привезли в больницу соседнего города Раздан. Были новогодние праздники, вечер, поэтому рентгенолога не нашлось. Пришлось ждать особую «передвижную» машину для рентгена. Оказалось — всё-таки перелом. Тут же приехали полицейские. Куря прямо в больнице (в Армении это разрешено), они долго расспрашивали на очень плохом русском, точно ли никто Полину не толкнул... Гипс в больнице делать не хотели, настаивали на немедленной операции, поэтому мы решили возвращаться в Ереван. Позвонили Тамаре, и она тут же сказала, что найдёт нам лучших врачей.

В ереванской больнице нас встречали всей семьёй: Тамара, её брат Грач и мама Армине. Только сдав нас с рук на руки, Нарек, наконец, поехал домой — было уже около полуночи. Наверное, он и сам был не рад, что заговорил с нами в той маршрутке… Но виду не подал.

В больнице Полине наложили гипс. Мы хотели искать отель (из предыдущего выписались, так как рассчитывали ночевать в Цахкадзоре), но мама Тамары строго сказала, что это даже не обсуждается: мы останемся у них.

 Озеро Севан

Все, что говорят о кавказском гостеприимстве — правда. Нас ждал не только кров, но и пища — тёплый лаваш, толма в виноградных листьях, варенье из тыквы, кюфта, компоты…

До конца каникул мы только и делали, что ели, ели, ели: суп с авелуком (горным щавелем), тжвжик (армянское блюдо из печени), жареный сыр, кебаб, шашлык, огромное количество лаваша и пити (толстого хлеба), гранатовое вино… А ещё — сига из озера Севан и крабовый кебаб, которые подают только там. Нельзя просто так приехать в Армению и не поправиться на несколько килограммов.

Водитель Арам, который довёз нас до озера — нежно и осторожно, чтоб не повредить руку Полины, в дороге травил бесконечные анекдоты:

 Смотрите, вот тут лес был выращен в форме слова «Ленин»

— Почему у армян такие носы? Когда Бог раздавал носы, подходит еврей: «Дай мне, — говорит, — нос длинный и острый, чтоб везде совать». Француз: «А мне нос маленький, чтоб удобней целоваться». Армянин подходит: «А сколько это стоит?» — «Да бесплатно!» — «Тогда мне самый большой!»

— А это мы проезжаем город Гагарин — единственный, который после СССР не переименовали. У меня у знакомого сын родился. Я ему: «Как назовёшь?» — «В честь Гагарина!» — «Юриком, что ли? А что так не по-армянски?» — «Зачем Юриком? Гагариком!»

— Смотрите, вот тут лес был выращен в форме слова «Ленин». А в 90-е его спилили. Так нет же — вырос опять! И опять читается «Ленин»! Ленин жил, жив и будет жить!

— В Музей Сергея Параджанова собираетесь? У меня знакомый спрашивает: «А тебе не кажется, что Параджанов немного тю-тю?» — «Э, нет, дорогой, это мы с тобой немножко тю-тю, а он — немножко больше!»

В последний день, когда небо впервые за время поездки прояснилось, мы, наконец, увидели со смотровой площадки возвышающийся над городом Арарат…

Так закончился наш активный отдых и начался пассивный. Гуляли по городу, в парк Победы, к монументу «Мать-Армения», удивлялись произведениям современного искусства со всех концов мира у подножия Большого Каскада. Поднимались на самую его вершину и в последний день, когда небо впервые за время поездки прояснилось, наконец, увидели со смотровой площадки возвышающийся над городом Арарат…

… Уже в самолете в Москву маленький мальчик воскликнул: «Мама, мы летим в другую Армению?» Как говорится, устами младенца: в России живёт 4 миллиона армян — на один миллион больше, чем на исторической родине.