Доктор Боткин ― в лике святых. Что это значит для современных медиков?

В феврале 2016 года Архиерейский собор Русской Православной Церкви канонизировал доктора Евгения Боткина, расстрелянного в 1918 году вместе с царской семьей. Такого решения многие давно ждали. «Татьянин день» поговорил с заведующей кафедрой биоэтики Российского национального исследовательского медицинского университета имени Н. И. Пирогова профессором Ириной Силуяновой о том, что это событие значит для современных врачей.
Евгений Сергеевич не оставил больного ребенка, царевича Алексея, и царскую семью, члены которой могли в любую минуту нуждаться в его помощи

― Ирина Васильевна, почему решение о канонизации Евгения Сергеевича Боткина принималось так долго?

― В течение ряда лет возможность причисления врача Евгения Боткина к лику святых была предметом детального рассмотрения в Исполкоме Общества православных врачей России имени святителя Луки (Войно-Ясенецкого). На V Всероссийском съезде православных врачей, который проходил в октябре 2015 года в Санкт-Петербурге, участники единогласно ходатайствовали об этом перед Русской Православной Церковью. На съезде в своем докладе, посвященном Евгению Боткину, академик РАМН Александр Чучалин утверждал, что врач, отказавшийся уйти из царской семьи в момент, когда судьба ее была уже решена, продемонстрировал верность врачебному долгу. Евгений Сергеевич не оставил больного ребенка, царевича Алексея, и царскую семью, члены которой могли в любую минуту нуждаться в его помощи.

― Несмотря на мученическую кончину, царская семья и Евгений Боткин причислены к лику святых в лике страстотерпцев. Почему?

― В отличие от мученичества как страдания при попытках гонителей заставить отречься от веры в Бога, подвиг страстотерпчества ― это страдание за верность христианским заповедям. Евгений Сергеевич Боткин, принял смерть как страстотерпец, убитый за верность православно-патриотическим и профессиональным убеждениям. Он принадлежал к тем врачам, для которых христианская готовность принести себя в жертву была естественным проявлением понимания смысла жизни и исполнением профессионального долга перед своими пациентами и отечеством.

― Получается, что Евгений Боткин стал в первую очередь примером безупречного исполнения врачебного долга?

― Врачебный и нравственный подвиг доктора Боткина заключался в последовательном выполнении христианской заповеди любви к ближнему, которая в профессиональной врачебной этике формулируется как «принцип приоритета интересов пациента». Служение Боткина — пример верности и исполнения принципа приоритета пациента над личными интересами врача.

В истории медицины много примеров выполнения врачами принципа приоритета интересов пациента над личными интересами врача

― Но ведь это не единственный случай в медицине?

― Безусловно, в истории медицины много примеров выполнения врачами этого принципа. Каждый практикующий врач может привести сотни случаев, начиная от отказа врачом от житейских личных планов ради пациента до различных вариантов ситуации, которую можно условно назвать «последний долг». К ним относится и передающийся врачами из уст в уста случай: опытный врач― хирург, будучи сам больным, инвалидом по болезни сердца, откликается на просьбу коллег и больного, оперирует и спасает тяжелобольного пациента. Но выйдя из операционной, тут же умирает от упадка сердечной деятельности.

Принцип врачебной этики о приоритете больного, известный еще и как принцип «делай благо» заключается в том, чтобы делать добро другим людям, помогать слабым, предупреждать зло, ущерб или вред, спасать людей, попавших в опасность. Связь этого медицинского этического принципа с христианским пониманием любви и служения ближнему ― очевидна.

― Известно ли, что думал сам Евгений Боткин о связи медицинской этики и христианской нравственности?

― Сохранилось неоконченное письмо Евгения Сергеевича врачу-сокурснику, датированное 9 июля 1918 года: «Вообще, если "вера без дел мертва есть", то "дела" без веры могут существовать, и если кому из нас к делам присоединится и вера, то это лишь по особой к нему милости Божьей». Эта милость Божья в полной мере была оказана и ему самому.

К сожалению, доктор Евгений Сергеевич Боткин не оставил нам теоретического трактата по медицинской этике. Но он сделал большее: сегодня из уст в уста передаются его «дела» и его «вера». Когда-то современник Сократа Ксенофонт утверждал, что Сократ никогда не брался писать трактаты о добродетели. Но так как все видели, что он таков, то это давало надежду людям, находившимся в общении с ним, что они, подражая ему, станут такими. Причисление к лику святых доктора Евгения Сергеевича Боткина сегодня дает надежду молодым людям, студентам-медикам, свидетелям этого события в нашей Церкви, что они, подражая ему, могут стать такими. И в этой надежде заключено огромное значение эпохального события ― прославления Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в лике святых доктора Евгения Боткина.