Наш «Бессмертный полк»: истории корреспондентов «ТД»

В России нет семей, которые бы не затронула Великая Отечественная войне. Воспоминаниями о воевавших предках делятся сотрудники «Татьянина дня».
Люди! Покуда сердца стучатся, — помните!
Какою ценой завоевано счастье, — пожалуйста, помните!
Песню свою отправляя в полет, — помните!
О тех, кто уже никогда не споет, — помните!
Детям своим расскажите о них, чтоб запомнили!
Детям детей расскажите о них, чтобы тоже запомнили!

Роберт Рождественский

Дарья Ганиева, выпускница факультета журналистики МГУ

Мои бессмертные герои — дедушка Михаил Ильич Моисеев и младший брат моей бабушки Александр Константинович Кузнецов. Но если генетическую память о первом хранят две его дочери и трое внуков, то все, что осталось от Шуры Кузнецова — одна фотокарточка и полуистлевшее письмо с фронта. Больше ничего он прислать не успел. Поэтому расскажу о нем.

У моей прабабки было 8 детей — 7 дочек и единственный сын, Шура. Самый младший. Он родился в селе Наговицине, в 10 километрах от города Богородска Нижегородской области. Когда в 1944-м он отправился на фронт, ему не было и 18. «Захотел стать пулеметчиком», — рассказывала мне его старшая сестра — моя бабушка, также ныне покойная. Тогда ей было 25, она жила в Москве. Именно ей Шура прислал свою фотографию с припиской на обороте «На долгую память сестричке Леле». А недели через три в Наговицино пришло письмо от полкового командира, что Шура ранен и направлен в госпиталь. И тишина... Где умер? В какой братской могиле похоронен? Сведений нет и в интернет-базах данных. В «книгах памяти» пишут, что пропал без вести еще в 43-м, но это ошибка. А потому лучше пусть Шура сам за себя расскажет, как Родину защищал (орфография и пунктуация автора):

«9 мая 44 г. Привет с белорусского фронта. Здравствуйте дорогие мои сестрички Тая, Настя, Валя, Симуля и мамочка. Шлю я вам свой фронтовой привет и желаю успехов в вашей жизни. Письмо ваше получил закаторо был очень рад и прочитал его три раза подряд. Живу я ничего пока ну, а дальше что будет. Получил письмо из Москвы от Лели пишет что видится с Витей. Юрик уже большой. Мамочка ты обо мне не скучай самато уж хорошенько берегись. Значит вы все посадили это очень хорошо. В Моске тоже посадили картошку. Осенью говорит будем богатые только приезжай. Сообщите мне обязательно Мишин адрес. Передайте всем привет ждите с победой.

Шура

пишите все подряд

Передайте привет тете и Фони они чай не обижаются что я им не пишу. Я что-то их адрес перепутал.

Крепко всех целую. Шура».

Дарья Грицаенко, студентка Литературного института

Николай Григорьевич Рыжов (1918–2003) и Фаина Александровна Рыжова (1924–2014) — мои прадедушка и прабабушка. 

Во время Великой Отечественной войны прадедушка служил разведчиком, был контужен и попал в госпиталь, где прабабушка служила медсестрой. Так они познакомились, а позже поженились, не дожидаясь окончания войны. Они прожили долгую счастливую жизнь, воспитали троих детей, пятерых внуков и шестерых правнуков.

Они не любили говорить о том, что им пришлось пережить в эти страшные годы. Не смотрели фильмы о войне, не читали книги, избегали этой темы в разговорах. Мы знали только, что родные братья прадедушки, Иван и Фёдор, не вернулись с фронта. 

Прадедушка иногда что-то вспоминал, но тут же начинал плакать, как ребёнок, и не мог ничего сказать от слёз. Однажды он сказал своей внучке, моей маме: «Когда-нибудь я тебе расскажу, и ты запишешь». Но рассказать так и не смог. Мы не спрашивали — спокойствие прадедушки и прабабушки нам было дороже.

Михаил Еремин, студент ПСТГУ

Моего прадедушку Абрама Павловича Шнапера (1910–1977) призвали на фронт на четвёртый день войны — 25 июня 1941 года (ему был 31 год, а моему деду — всего четыре года). Всю войну прадед работал мастером оптики в 64-й артиллерийской ремонтной мастерской в звании старшего сержанта Красной армии.

20 сентября 1942 года был контужен и получил легкое ранение. Награжден орденом Красной звезды и медалью «За боевые заслуги». Эти награды были переданы моим дедушкой в музей боевой славы. 

Выписка из наградного листа с описанием подвига:

«… с декабря 1942 работая мастером оптиком, тов. Шнапер показал себя дисциплинированным, хорошо знающим свое дело мастером. Во время ликвидации Корсунь-Шевченковской группировки тов. Шнапер работал непосредственно в частях армии, за короткий период восстановил 15 БСМ, 24 ПГ, 14 БМТ и другие приборы. После ликвидации группировки следовал за частями армии, ремонтируя приборы еще более в трудных условиях до города Яссы. В оборонительных боях в районе оз. Балатон тов. Шнапер непосредственно в частях отремонтировал 88 арт-приборов. За время пребывания в МАРТО 64 тов. Шнапер восстановил частям армии 83 БСТ, 167 ПГ, 87 БМТ (…)».

Мой двоюродный прадедушка Самуил Илларионович Лопатин родился в 1909 году в городе Жиздре Калужской области. Он был профессиональным военным с 1931 года. Когда пришла война, прадеду было 32 года.

Войну он начал в звании капитана Красной армии, к концу войны он был уже полковником. Был награжден орденами «Красной Звезды», «Отечественной Войны» I и II степени, а также орденом «Красного Знамени».

Вот выписки из наградных документов Самуила Лопатина:

«В боях показал спокойствие и бесстрашие. Будучи в окружении со штабом корпуса в районе Чирвонной Осовец лично организовал минные поля, где было подорвано четыре танка противника».

 «Организовал и контролировал работу рекогносцировочных групп. Место постройки моста, имеющего стратегическое значение, было удачно выбрано».

«Будучи комендантом переправы через р. Днепр в районе Халепье, т. Лопатин проявил исключительную распорядительность и обеспечил успешное форсирование р. Днепр двумя стрелковыми дивизиями и несколькими артиллерийскими полками».

«… при подготовке плацдарма Сторожевое 1-е урыв для наступления организовал и руководил работами (отрывка траншей и усов) саперных подразделений в непосредственной близости от противника (50-100 м) под ружейным, пулеметным и минометным огнем последнего».

«В Курске организовал работу батальона по разминированию города. Батальон спас от взрыва артсклад, вокзал, аэродром, извлек десятки МЗД и авиабомб, приготовленных к взрыву». 

«Принимал личное участие в разведке мостов и переправ, работая под сильным огнем противника, рисковал жизнью, но задания выполнял до конца».

Мария Разгулина, выпускница исторического факультета МГУ

Моя бабушка, Ольга Ионовна Баранова — фельдшер, прошла всю войну. Дедушка, Николай Иванович Разгулин — рядовой, воевал с февраля 1942 года и до конца войны, участвовал во взятии Берлина и освобождении Праги. Связист-телефонист, а затем стрелок-автоматчик в 1 конно-механизированном корпусе под командованием генерала Белова, 1-й гвардейской дивизии, 7- гвардейском кавалерийском Перемышльском полку. Награждён орденом Отечественной войны, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в 1941-45 гг.» и др.

Из воспоминаний Николая Разгулина:

«Всё ближе и ближе был Берлин. На фанерных досках или кусках железа указывалось, сколько километров осталось до Берлина (кто-то занимался и этим, это воодушевляло солдат). Началось грандиозное наступление на Берлин. Такое количество танков, тяжелых орудий, «катюш», множество дивизий разных родов войск в сопровождении с воздуха наших бомбардировщиков, истребителей никогда раньше не видел. Чувствовалось скорое окончание войны, бодрость танкистов, офицеров и рядовых солдат.

Танки уходили далеко вперед с автоматчиками на броне. Кавалеристы тоже сидели на танках или двигались на боевых конях. Делали большие суточные переходы только вперед. Немецкие солдаты дрались на своей земле отчаянно. Но некоторые города сдавались немцами без боя, жители вывешивали белые флаги, простыни. 1-й Украинский фронт, в состав которого мы входили, окружал Берлин с юга, затем с запада в направлении г. Потсдама, вёл бои в Берлине. Земля гудела от разрывов снарядов, все горело, наша авиация бомбила круглосуточно опорные пункты немцев, помогая двигаться вперед. Да разве можно все описать, что происходило на подступах к Берлину.

Наконец взятие Берлина закончилось. Фашистская столица пала. Радости не было конца. 1-й Украинский фронт и наш корпус были направлены освобождать г. Прагу, столицу Чехословакии, и саму страну. Начались быстрые длительные марши, сначала по немецкой земле, а затем по горным дорогам Карпат».

Фёдор Ермошин, выпускник филологического факультета МГУ

Дед, Федор Ермошин (мой полный тезка), был участником войны, оказался в плену, потом — в штрафбате, пережил тяжелое ранение, опять воевал... 

На войне погибли мой прадед Андрей, брат моего деда Александр и брат моей бабушки Алексей.

Алексей Сергеевич Данилов погиб в самые первые дни войны, в июле 1941 года под Тарту (Эстония) вместе с другими членами экипажа самолета. Он был стрелком-радистом.

Андрей Филиппович Ермошин, отец семерых детей, в 1942 был ранен под Новороссийском, умер от сепсиса в госпитале города Сочи, похоронен там же.

Александр, его сын, 18 лет, тоже отправился воевать следом за отцом. Погиб в ноябре 1943 года в Белоруссии, похоронен в городе Добруше.