Виктор Садовничий: Теология — это наука

Сегодня в Москве пройдёт защита первой в России диссертации по теологии. Можно ли считать эту дисциплину наукой, рассказал «Татьянину дню» ректор МГУ имени М. В. Ломоносова академик Виктор Садовничий четырнадцать лет назад.
Виктор Садовничий, 2013 год

— После утверждения образовательного стандарта «теология» во многих высших учебных заведениях России стали открываться кафедры, а где-то и факультеты теологии. Какими вам видятся перспективы развития данной специализации применительно к МГУ: межфакультетские кафедры, соответствующие специализации на гуманитарных факультетах (скажем, церковное право, история Церкви, собственно теология) или теологический факультет? И более широко, в чем приоритеты и перспективы сотрудничества светского и церковного образования?

— Я убежден, что теология — это наука в подлинном смысле этого слова, включающая в себя историю религии, философию, устоявшиеся научные знания. Поэтому во всех западных университетах богословие изучается наравне с другими предметами. То, что для светских вузов России был введен образовательный стандарт «теология», я считаю абсолютно правильным. Однако необходимо учитывать и особенности нашей страны, в которой сосуществует множество религий и конфессий. В такой ситуации не следует ничего делать директивно: в тех университетах, где есть научная база, ученые-теологи, желание студентов, эти дисциплины преподаются. Мне известно более 10 университетов, где уже введен курс теологии.

Что касается Московского университета, то развитие ситуации здесь идет, исходя из своих внутренних законов. У нас есть кафедры по истории религии, по истории философии, и кафедры близкие к теологии. Я думаю, что, когда необходимые условия для создания отдельных курсов теологии созреют, они будут вводиться.

Главное, что теология — это наука. Как всякая наука она должна пробивать себе путь, ее нельзя вводить директивно, но ее развитию мы будем всячески содействовать.

— В сентябре на Фестивале православной студенческой молодежи в Москве, где выступали и вы, Виктор Антонович, была создана ассоциация домовых храмов при вузах России. Как известно, движение домовых храмов начиналось с Татьянинского храма МГУ и Вы принимали активное участие в его открытии. Как вы оцениваете это начинание православных студентов в контексте духовного облика современного студенчества в целом?

— Домовые храмы — это часть нашей культуры. Хотя, повторю, вера — это дело каждого человека и его выбора.

Мне кажется, что в области духовного воспитания студентов университет и домовая церковь — соработники. Будущее у подобной ассоциации, безусловно, есть. Насколько мне известно, многие высшие учебные заведения или имеют домовые храмы, или обдумывают их открытие. В ассоциации домовых храмов люди смогут обменяться опытом, помочь друг другу.

— Не секрет, что в последнее время Татьянин день стал чуть ли не общенациональным праздником. А ведь так широко отмечать его стали недавно. Как возникла у вас идея возрождения этого праздника еще в советское время, когда, мягко говоря, подобные начинания не приветствовались?

— Когда я был студентом, то о Татьянином дне как о празднике я узнал лишь на последнем курсе после прочтения воспоминаний профессоров Московского университета о том, как вдали от родины они праздновали и не забывали день рождения университета. В начале 90-х я подумал, что эту традицию надо возродить. В 92-м, когда меня избрали ректором, мы отпраздновали первый Татьянин день. Было всего несколько десятков студентов, и я не до конца понимал, как это должно быть. В 93-м студентов уже были сотни, а может даже и тысячи. Кое-что я подсмотрел у коллег. Так, в одном германском университете во дворе стояла бочка пива, и ректор лично разливал его всем желающим студентам. Мы же стали варить медовуху, кстати, позаимствовав рецепт у древних русских монастырей, — и это тоже стало традицией студенческого праздника.

Впервые опубликовано под названием «Теология — это наука» в № 2 (51) газеты «Татьянин день», апрель 2003 года