Музыка как лекарство: Оливер Сакс и его «Музыкофилия»

Я ждала эту книгу шесть лет, а может, и больше. За это время можно было выучить английский и прочитать текст в оригинале, поглядывая в словарь медицинских терминов. Или обойтись неполным любительским переводом, выложенным на просторах Живого Журнала. И всё же хотелось дождаться выхода «Музыкофилии» в профессиональном переводе, в твёрдом переплёте с иллюстрацией на обложке, и оно того стоило.
 

Оливер Сакс ― не писатель, а всемирно известный врач-нейропсихолог, обладающий даром рассказывать истории из своей врачебной практики так, чтобы заинтересовать широкую публику. Я узнала о нём из журнала Psychologies, где была напечатана небольшая статья Сакса «Человек музыкален» со ссылкой на «Музыкофилию». Автор кратко рассказывал о пациентах, которых исцеляла музыка: они не могли нормально ходить, но прекрасно танцевали; придумывали особые мелодии для каждого действия и напевали их, чтобы не забыть, как надевать обувь и причёсываться; преображались, едва услышав первые ноты знакомого произведения Шопена. Был там и рассказ о том, как сам доктор Сакс после тяжёлой травмы заново научился ходить благодаря любимой музыке.

Эти и многие другие истории подробно описаны в сборниках «Человек, который принял жену за шляпу» и «Антрополог на Марсе». «Пробуждения» и «Мигрень» рассказывают о разных пациентах, страдавших одним и тем же недугом, а опыту собственного исцеления Сакс посвятил отдельную книгу ― «Нога как точка опоры». Сакс неоднократно вспоминает любимый афоризм из Ницше: «Мы слушаем музыку мышцами». Его рассказы порой кажутся абсурдными или научно-фантастическими, и не сразу верится, что описанное в них ― реальные факты из жизни самых обычных людей.

Бывший литературный обозреватель The New York Times Анатоль Бройяр писал в книге «Опьяненный собственной болезнью» (1992), как хотел бы, чтобы его врач говорил метафорами и таким образом помог смириться со страшным диагнозом ― онкология. «Искусство сожгло ваше тело красотой и истиной», или «Вы истратили себя, как меценат, который раздает все свои деньги», ― такая речь позволила бы Бройяру «смотреть на развалины собственного тела, как туристы смотрят на великие руины античности». Но для того, чтобы так разговаривать с пациентом, нужно редкое сочетание врачебной этики, поэтического таланта, глубокой человечности и способности сострадать, не говоря уже о высоком профессионализме. Оливер Сакс ― один из немногих врачей, у которого всё это есть.

Оливер Сакс. Фото: Theguardian.com 

Он не утратил восхищения перед загадкой человеческой природы и способности удивляться. Считая, что в клинических условиях изучить подобные случаи невозможно, Сакс приходил в гости к своим пациентам, знакомился с их близкими, вникал в тонкости профессий и наблюдал, как болезнь проявляется в повседневности. Он обращал внимание на чувства, сны и музыкальные пристрастия пациентов. Он купил больному парню билет на концерт любимой группы, чтобы исполнить его единственную мечту. Он слышал символическую поэзию в бессвязной речи умственно отсталого ребёнка. Он говорит не столько об утратах и увечьях, сколько об удивительном потенциале, который таит в себе наш мозг.

Огромное значение в сборниках придаётся тому, что помогает больному обрести целостность: кроме приобщения к музыке, это и религиозная практика («старый еврейский атеист» деликатно описывает опыт нескольких конфессий), и физическая работа ― например, в саду.

Книги Сакса действуют на читателя как художественные произведения. По сборнику «Пробуждения» Гарольд Пинтер написал пьесу, которая была экранизирована в Голливуде. Бестселлер «Человек, который принял жену за шляпу» лёг в основу одноимённой оперы Майкла Наймана, а прошлой осенью по этой же книге состоялась премьера спектакля в Театре имени Маяковского. Сам Оливер Сакс был консультантом на съёмках «Пробуждения» и снялся в документальном фильме «Когда Бьорк встретила Аттенборо» (2013), посвящённом исследованию связи между музыкой и природой.

«Музыкофилия» ― квинтэссенция опыта и творчества Оливера Сакса. «Из опыта ― личного и того, который я накопил за годы исследований и врачебной практики, ― я понял, что даже самое сокровенное в человеке, даже самые глубокие пласты можно вызвать на поверхность. И иногда только благодаря музыке», ― объясняет автор. В отличие от других его книг, здесь нет привычного разделения по принципу одна глава ― одна история болезни, истории сгруппированы по микротемам. С другой стороны, в «Музыкофилии» гораздо больше материала, и это не только истории пациентов, но и цитаты из научных работ, письма читателей со всего мира, отсылки к художественной литературе. Сакс возвращается к старым историям, уже знакомым читателю по предыдущим сборникам, переосмысляя их и дополняя новыми сведениями. Всё это позволяет максимально полно раскрыть тему «музыка и мозг» ― и в то же время оставить место для тайн, которые ещё не разгаданы наукой.

 

«У отца в карманах всегда лежали две или три миниатюрные оркестровые партитуры, и в перерывах между приёмами больных он извлекал из карманов партитуру, просматривал её и устраивал себе маленький воображаемый концерт, ― вспоминает Оливер Сакс. ― Ему не было нужды ставить пластинку на граммофон, так как он мог с не меньшей живостью проиграть любую симфонию в своей голове, причём в различных интерпретациях и даже с импровизациями. Любимым чтением отца на ночь был музыкальный энциклопедический словарь; он наугад листал страницы, открывая те ли иные куски, и с наслаждением читал их, а потом, вдохновлённый нотной строкой, мысленно прослушивал любимую симфонию или концерт».

В силу специфики профессии Сакс рассказывает в основном об аномальных, тяжёлых случаях или выдающихся личностях. Однако завершая рассказ о двух очередных героях, утверждает, что «в каждом из нас есть что-то и от Корделии, и от Джорджа». А значит, для «Музыкофилии» справедливо то, что сказал Борис Херсонский в предисловии к первому изданию «Человека, который принял жену за шляпу» (2006): «По-моему, указать читателю путь к самому себе через понимание измененной (но неуничтожимой) личности пациента ― главная миссия Оливера Сакса».