Петербург Андрея Белого

Приглашаем вас поиграть в «мозговую игру», предложенную русским писателем-символистом Андреем Белым. А именно ― пройтись по непривычному нам Санкт-Петербургу, вернувшись на сто с лишним лет назад.

Если же Петербург не столица, то ― нет Петербурга. Это только кажется, что он существует.

Андрей Белый

Петербург Андрея Белого ― метафоричный и призрачный: он существует в реальности только как набор контуров, а в подлинном виде предстает в сознании героев романа. Все места и объекты здесь условны, искажены зачастую помутненным сознанием героев, их страхами и маниями. В реальном мире дома меняют месторасположение, и это не вводит в заблуждение действующих лиц. Всё происходящее воспринимается как должное ― в этом проза Белого похожа на Кафку.

Читатель, хорошо знакомый с географией Северной столицы, может быть обескуражен явными ошибками автора: путается адрес дома Аблеуховых, возникает бородатая кариатида, которой просто не может быть. Это в реальности, а во сне или в полусне, в мире галлюцинаций и воспалённого сознания ― искажённой реальности жителей «Петербурга» ― может быть все. Попробуем прочувствовать дух романа, восстановив маршруты героев, и, возможно, получится увидеть тот самый Петербург.

Маршрут прогулки смотрите здесь.

Начнём прогулку с Васильевского острова. Погода нам способствует: собирается дождь, холодно. Таким мог бы быть сентябрьский день 1905 года ― время действия романа. Васильевский остров с его прямыми и мрачноватыми линиями точно иллюстрирует атмосферу, в которой вынуждены жить герои.

Тут, на 17-й линии, в трёхэтажном доме живёт член революционной ячейки, студент университета Александр Иванович Дудкин. Он становится основным проводником и жертвой тёмных сил, губящих героев романа. Сейчас под описание точнее всего мог бы подойти дом напротив, на 16-й линии, выходящий окнами прямо на Неву и далее на противоположный берег.

«На Васильевском Острове, в глубине семнадцатой линии из тумана глядел дом огромный и серый; с дворика в дом уводила чёрная, грязноватая лестница».

Именно Васильевский остров противостоит центру города в «Петербурге». Недалеко, на 18-й линии в доме 17, «чаще всего бывает» революционер-провокатор и агент охранки Морковин. Неподалеку ещё один провокатор ― Липпанченко. Остров становится местом жительства, средоточием потусторонних, мистических, злых сил, и герои это хорошо чувствуют. Уже в начале романа Аполлон Аполлонович и его лакей «испуганно поглядели» на противоположный берег реки, выйдя из дома на Английской набережной. И самая яркая, переломная сцена романа ― встреча Дудкина с таинственным посетителем, неким Шишрнафнэ: прямая отсылка к аналогичной беседе у Фёдора Достоевского в «Братьях Карамазовых», разговору Ивана Фёдоровича с чёртом.

А мы тем временем проходим по Набережной Лейтенанта Шмидта (бывшей Николаевской), переходим через Благовещенский мост и подходим к дому, где стоит, испуганно вглядываясь в туманы над Васильевским островом, статский советник Аполлон Аполлонович Аблеухов.

Английская набережная и Благовещенский мост 

Отсюда, из жёлтого дома, он поедет на карете в возглавляемое им Учреждение, а мы отправимся за ним. Одним из образов «роскошного жёлтого дома» вполне мог стать особняк Румянцева по адресу Английская набережная, 44.

Аполлон Аполлонович едет по набережной, сворачивает к Исаакиевской площади и проезжает мимо памятника Николаю I. Чтобы попасть на Невский, ему необходимо проехать через Большую Морскую улицу.

Медный всадник, как и у Пушкина, будет сводить с ума героя романа, в ночи сходя с постамента 

Кстати, бородатых кариатид на настоящем Невском проспекте нет, как и отдаленно похожих на них скульптур. Но, вспоминая про «мозговую игру», можно трактовать этот образ вольно и принять за искомое здание Учреждения дом № 41 по Невскому проспекту ― дворец Белосельских-Белозерских с фигурами атлантов на фасаде.

В то время, пока не подозревающий ещё дурного статский советник Аполлон Аполлонович руководит Учреждением, его сын Николай Аполлонович падает в бездну. На противостоянии и противопоставлении, тщетных попытках разобраться в механизмах отношений отца с сыном построен главный конфликт романа. Его Андрей Белый рефреном проводит из собственной биографии через все творчество, пытаясь снова и снова разыграть мучительную для себя ситуацию. Это отражают и отсылки к мифологическим образам ― Кроноса, Сатурна, Зевса.

За Николаем Аполлоновичем мы следуем с Невского на набережную реки Мойки. Тут живёт его друг, подпоручик Сергей Сергеевич Лихутин, с супругой Софьей Петровной.

На Мойке разыграется любовная драма, черты которой Андрей Белый опять же привнёс из реальной жизни. У Набережной Зимней канавки он встречался с Любовью Дмитриевной Менделеевой-Блок, разыгрывая сцену из «Пиковой дамы» Пушкина. Так же будут встречаться Николай Аполлонович и Софья Петровна.

На Мойке появляется красное домино ― рефрен к революционному образу, заигрыванию Николая Аполлоновича с опасными силами, которое он сам не сразу сознает. В доме на Мойке в таком же полубезумном состоянии Сергей Сергеевич, пережив неудачную попытку суицида, будет с маниакальной одержимостью пытаться спасти друга от рокового поступка.

Мы идём от набережной реки Мойки через Летний сад, в лабиринте которого Николай Аполлонович, как ему казалось, обязательно должен был встретить Софью Петровну и сказать что-то очень важное, но ошибся…

И вот ― конец нашего маршрута, Михайловский замок. Николай Аполлонович стоит перед дворцом, в котором каждую ночь появляется призрак императора Павла I, убитого в ходе дворцового переворота.

Фото: Peterburg.biz 

Тягостный и неоднозначный образ не только для читателя, но и для героя. Да, тот не может убить отца, но… Пепп Пеппович Пепп, который пугал во сне как Аблеухова-младшего, так и Андрея Белого, всё ещё был в доме Аблеуховых, «то есть: сардинница ужасного содержания, которая... всё ещё... тикала».

На этом наш маршрут завершён. Время выйти из тяжёлых мечтаний, которые мучили героев романа, и вернуться в реальный Петербург ― прохладный, дождливый, хмурый, но такой молодой и величественный.

До встречи!

Фото автора