Священник Алексий Дарашевич: Проблемы совмещения Масленицы и подготовки к Великому посту в Церкви нет
Для нецерковного человека праздник - это обязательно разгул, обильный стол, выпивка и закуска. И чем безудержнее веселье, тем лучше праздник. Там в почете Вакх и Дионис, и сам Аполлон готов усладить своей кифарой слух особо утонченных любителей возлияний. В церковной системе координат по-другому. Праздник - конечно же - «велие утешение», ослабление усилий, но в первую очередь - радость духовная. Здесь праздность - Богом данное отдохновение и временное освобождение от тяжкого ярма нашей многотрудной и многозаботливой жизни.
Для верующего человека праздник совмещен больше с трезвостью, чем с винным туманом, потому что если он упьется, то потеряет себя, ощущение своего духовного состояния, к которому так долго шел, внутренней радости, то есть собственно праздника.
Это совсем не значит, что надо отменить все гулянья, Некоторые думают, что
Масленица - хитрое совмещение языческих ритуалов и церковных обычаев, воцерковление проводов зимы, солнцеворота и тому подобное. Но это не так. Церковное установление ее места в годичном круге жизни было неприкосновенно, потому что это - последняя неделя перед Великим Постом, по окончании которой Церковь вспоминает об изгнании Адама и Евы из Рая. И неделя, которая предшествует этому воскресному воспоминанию, как бы напоминает нам о беззаботном, радостном и прекрасном состоянии до изгнания. С этой точки зрения масленичная неделя - совершенно полноценный духовный период в жизни христианина.
И нет никакого противоречия между весельем и серьезностью подготовки к Великому Посту, потому что Церковь всегда серьезна, всегда глубока. И в радости, и в горе мы сохраняем внутренний покой, свет веры и надежды.
Сырная седмица сочетается и с блинами, и с катанием на лошадях, и с песнями, играми, танцами. А почему нет? А почему бы нам не поиграть, как детям, не придавая этому никаких языческих смыслов? Мы посещаем своих родных и близких, и каждая встреча - радость, веселье, прекрасное проведение времени. И нет никакой нужды в загуле. Есть духовное и даже телесное воспоминание о Рае.
Не случайно ведь посту предшествуют подготовительные недели - воспоминания о том, почему человек потерял Рай. Первая - о мытаре и фарисее, где речь идет о гордыне, самом опасном чувстве, от которого человек может просто заболеть и погибнуть. Вторая - о блудном сыне, история об опасности безудержного веселья, непослушания.
И третья - о Страшном суде, о том, что за все свои поступки, слова и мысли, в том числе и за безумное веселье, придется отвечать.
В этих воспоминаниях - главное наполнение предпостовых дней, а не в блинах с икрой. Если же наполниться духовно нечем, остается только безудержное раблезианское потребительство. Но если человек прожил эти недели вместе с Церковью, он подходит к Посту уже подготовленным, собранным. Случится горе - он примет его с кротостью и упованием на Господа. Но и в веселии не пропадет, а сохранит свое достоинство и духовную целостность.
Записала Ольга Богданова
