Больше года жила в блудном сожительстве, и до этого жила в блуде. Нужно ли разрушать те мир и любовь, которые между нами есть и искать православного мужа?
Меня зовут Светлана, мне 23 года. Больше года жила в блудном сожительстве, и до этого жила в блуде. Крестилась 5 лет назад, умом соглашалась с учением Церкви о браке, но совсем не чувствовала, что блуд вредит душе, думала, что и у меня все будет «правильно», но потом, позже. А не так давно стала и на самом деле понимать, по Божьей милости, зачем нужен брак, соглашаться уже не только головой, но и сердцем. Захотелось детей и строительства своей маленькой домашней Церкви. Великим постом раскаялась в блуде, причастилась, но с человеком, с которым прожили уже больше года, по-прежнему живем в одной квартире. Он не верит и крещен не был, но к Православию относится в целом хорошо. Если я прошу его просто молча в тишине посидеть, когда я читаю правило, или дать мне возможность соблюдать пост, он без раздражения и возражений соглашается. Задает о вере много вопросов, я всегда стараюсь отвечать, особенно на те, что по существу. Но о крещении не думает. Так вот все последнее время перед исповедью я говорила себе, что надо только раскаяться в блуде по-настоящему, узаконить отношения и ходить в Церковь с честными глазами. Но, конечно, осознавать, что на мне в таком браке, без венчания, тройная ответственность: за себя, за мужа (который, приводила себе цитату из ап. Павла, спасается рядом с верующей женой) и за детей, чтобы вырастить их в Православии, в этом, мне казалось, никаких препятствий муж чинить не будет. Женится он вроде бы согласен, хотя сроки не определены. А сейчас меня все больше мучит сомнение: а не много ли беру на себя? Понимаю, что вопрос очень серьезный. Дело ведь том, что православных молодых людей вокруг вообще довольно мало. У многих университетских знакомых, считающих себя православными, все заключается в умствованиях относительно внутритроичной жизни, а с жизнью собственной, на уровне практики, как-то не пересекается. С мужем же из другого социального круга мне, знаю, будет тяжело, да ведь и ему со мной тоже.
А решение вступить в брак вызрело еще и под влиянием человека, с которым я жила. Нужно ли разрушать те мир и любовь, которые между нами есть и искать православного мужа? И будет ли когда-нибудь такое огромное взаимное уважение? Не могу сказать, что это только влюбленность или плотская, чувственная привязанность. Это и знание недостатков друг друга, и терпение, и многое, что должно быть в православной семье, хотя главного, возможности двоим ходить в храм и приступать к Чаше нет и не знаю, будет ли. В последнее время сравниваю себя с тем богатым юношей, который со всем был готов согласиться, но богатства бросить не мог. Для меня такое богатство — этот человек. Потребует ли Бог такой жертвы? Насколько категорично Церковь смотрит на брак православного человека с неверующим? Учитываются ли обстоятельства? Пребываю в унынии и молиться не могу, хотя и знаю, что прежде всего Бога надо спрашивать и молить. Простите, батюшка, мне важно было подробно изложить все «против» и все «за». Дайте, пожалуйста, совет.
Дорогая Светлана, проблема, с которой Вы сталкиваетесь, не скажу, что типическая, но не такая уж редкая в наше время. Когда члены создавшейся, на бумаге, не оформленной пока семьи, по-разному, с разной скоростью, в разное время приходят в ограду Церкви. Первому из них не только благодатней, но и труднее всех. Потому что он, как христианин (Вы, как христианка) должен, и в этом наше христианство и состоит, взять ответственность не только за себя, но и за тех, кто рядом. Безусловно, нужно честно переспросить себя — Ваше стремление к спутнику, о котором Вы пишете, есть не одно тяготение плоти, не одно душевное прилепление, или то, что мы называем любовью, то, что внутренне подразумевает готовность себя стеснять и отодвигать на второй план ради любимого человека, его выше себя ставить — если так, то конечно, Вы не должны его бросать. Расположите себя как к послушанию, взятию креста, к тому, что Вы дальше будете всю жизнь стараться рядом с ним жить, молиться, поступать так, чтобы привести его в ограду церковную — не проповедью, не поучением — жизнью своей. Только будьте честны, ради Бога, только Вы можете дать ответ: Вы хотите этого брака ради спасения души любимого, ради того, чтобы ему самое дорогое дать, что Вы уже обрели — веру во Христа или хотите быть с ним, потому что Вам самой это приятно? В зависимости от того, какой Вы честно дадите себе ответ и должно быть Ваше решение.
